Казахстанская нефть скоро начнет поступать на рынки Южной Кореи, заявил министр торговли, промышленности и энергетики Южной Кореи Ким Чон Кван в воскресном интервью телеканалу KBS. Соглашение с Астаной является одним из способов для восточноазиатской страны получить нефть альтернативными путями на фоне войны на Ближнем Востоке. Правда, открытым остается вопрос о маршруте поставок, поскольку прямого нефтепровода от Центральной Азии к берегам Тихого океана нет.
Для Южной Кореи, которая на 80% зависит от поставок нефтепродуктов через заблокированный Ормузский пролив, диверсификация основных партнеров в сфере энергетики стала первоочередной задачей. Именно поэтому Ким Чон Кван в начале месяца вместе с главой администрации южнокорейского президента Кан Хун Сиком посетил Казахстан, Оман и Саудовскую Аравию.
«Достигнут значительный прогресс, поэтому мы сможем объявить конкретные суммы и подробности в ближайшие дни», – заявил глава Министерства энергетики 12 апреля, комментируя результаты переговоров с казахами. Он отметил, что транзит нефти из Казахстана займет по времени примерно столько же, сколько из США: около 50–60 дней.
В интервью он подчеркнул, что общие действия правительства позволят восстановить обеспеченность энергоносителями до 80% от нормального уровня. «Мы отслеживаем спрос и предложение нафты (продукт нефтепереработки, необходимый для производства пластмасс и синтетических волокон. – «НГ») и их влияние на цепочку поставок. Мы постепенно работаем над стабилизацией этих аспектов и ожидаем их стабилизации», – сказал Ким Чон Кван. По заявлению чиновника, при нынешней обеспеченности страны нефтью в апреле и мае не понадобится высвобождения государственных резервов.
Южнокорейский министр не только не рассказал об объемах поставок, но и не сообщил об их маршрутах – крайне важном вопросе. Корейская национальная нефтяная корпорация (KNOC) на протяжении нескольких лет работает на казахстанском рынке и владеет тремя месторождениями: «Ада», «Арыстан» и «Кулжан». При этом добытая нефть реализуется в Казахстане, России и Китае, поскольку прямого маршрута в Южную Корею не существует, а это дополнительные логистические сложности, которые при свободном судоходстве через Ормузский пролив не было необходимости решать.
В настоящее время существуют три маршрута, которые могут быть использованы: западный, транскаспийский и восточный. Западный пролегает через Каспийский трубопроводный консорциум до порта Новороссийск. Оттуда уже нефть на танкерах пройдет путь от Черного моря и, обогнув Африканский континент, будет доставлена в Южную Корею. Это безопасный, но длительный маршрут.
Транскаспийский путь задействует Актау – город на берегу Каспийского моря. Оттуда нефть будет переправляться на другой берег моря для доставки по трубопроводу Баку–Тбилиси–Джейхан (Турция). В условиях, когда добыча азербайджанской нефти падает, в этом трубопроводе должно быть место для новых объемов, правда, не слишком больших.
Наконец, восточный маршрут задействует казахстанско-китайский трубопровод Атасу–Алашанькоу. Он является наиболее перспективным, но для его эффективной эксплуатации потребуется договоренность с китайскими властями, которые используют трубопровод в основном для удовлетворения нужд собственной энергетики. Сомнения вызывает и пропускная способность этого нефтепровода. В настоящее время ведутся работы по его выводу на полную мощность: 20 млн т в год. Но пока через него можно поставлять около 10 млн т в год. Между тем с момента запуска инфраструктурного проекта в 2006 году и до настоящего времени в КНР было поставлено 52,1 млн т нефти по состоянию на 15 декабря 2025 года.
Теоретически стала возможной закупка и российской нефти. Для восточноазиатских стран самым прямым маршрутом является восточный нефтепровод от Восточной Сибири до Тихого океана (ВСТО), чья мощность в разы выше Атасу–Алашанькоу. Возобновление поставок из РФ, ранее запрещенных санкциями, стало возможно благодаря послаблениям со стороны США. В конце марта Сеул после консультаций с Вашингтоном получил подтверждение, что вторичные санкции при закупках российской нефти стране не грозят. Допустимы также расчеты в валютах, отличных от доллара. Пока, однако, южнокорейские компании не спешат воспользоваться представившейся возможностью. Южнокорейское Министерство торговли сообщило, что РФ не входит в список из 17 стран, у которых планируется закупать нефть в случае углубления проблем с поставками из региона Персидского залива.
В южнокорейской прессе это объясняют не только достаточно сложными, особенно после сближения РФ с Северной Кореей, политическими отношениями с Россией. Несмотря на оптимистичные заявления чиновников относительно поставок топливных ресурсов из Казахстана, страна, вероятно, и дальше будет надеяться на своих прежних партнеров с их отлаженными логистическими цепочками, в первую очередь на Саудовскую Аравию и ОАЭ, а также на Кувейт, Катар и США. В марте Сеул получил обещание от властей ОАЭ дополнительно поставить 24 млн барр. сырой нефти (около 3 млн т). В Сеуле все-таки надеются, что боевые действия в Персидском заливе не продлятся долго. Впрочем, эти надежды есть не только у южнокорейцев.